Общая мощность гидроаккумулирующих электростанций впервые превысила отметку в 200 ГВт. Рекордные темпы строительства, планы по развитию на 621 ГВт и растущая обеспокоенность по поводу энергетической безопасности выводят гидроэнергетику на новую стратегическую роль. В условиях, когда в энергосистемах все больше доминируют непостоянные по приходу первичной энергии возобновляемые источники энергии, а спрос растет из-за электрификации, развития промышленности и искусственного интеллекта, Международная ассоциация гидроэнергетики (IHA) в своем докладе «Перспективы развития гидроэнергетики в мире на 2026 год» утверждает, что наступила эпоха «водяных батарей».

На протяжении большей части энергетического перехода главным вопросом было то, насколько быстро мир сможет нарастить мощности возобновляемых источников энергии. Однако все чаще на первый план выходит другой вопрос: что происходит, когда электроэнергия вырабатывается не вовремя? Стремительное развитие ветряной и солнечной энергетики изменило системы электроснабжения, но также обострило потребность в технологиях, способных распределять энергию во времени, балансировать спрос и предложение и обеспечивать системные услуги, необходимые для поддержания стабильности энергосетей. На этом фоне гидроаккумулирующие электростанции стремительно набирают популярность.

Согласно отчету Международной гидроэнергетической ассоциации за 2026 год World Hydropower Outlook, в 2025 году мировая мощность гидроаккумулирующих электростанций впервые превысила 200 ГВт. В течение года было введено в эксплуатацию рекордное количество гидроаккумулирующих электростанций — 11,7 ГВт, что позволило увеличить общую установленную мощность до 201 ГВт.

Гидроэнергетический сектор в целом также продолжал расширяться. В 2025 году было введено в эксплуатацию 28 ГВт гидроэнергетических мощностей, в результате чего общая установленная мощность достигла 1469 ГВт. Гидроэнергетика произвела 4495 ТВт·ч электроэнергии и осталась крупнейшим в мире источником возобновляемой энергии.

При этом более значимым фактором для долгосрочных перспектив отрасли является масштаб того, что может произойти в будущем. В настоящее время глобальный (мировой) портфель проектов составляет 1127 ГВт, включая 621 ГВт ГАЭС и 506 ГВт традиционных ГЭС. Более 390 ГВт из этого объема уже находятся в стадии строительства.

По мнению Международной гидроэнергетической ассоциации, эти цифры свидетельствуют о фундаментальных изменениях в восприятии гидроэнергетики. Этот сектор больше не рассматривается исключительно с точки зрения производства электроэнергии из возобновляемых источников. Хранение энергии, маневренность, устойчивость и энергетическая безопасность приобретают все большее значение.

«Водяная батарея» — это гораздо больше, чем просто новый термин. Это отражает фундаментальный сдвиг в том, как правительства относятся к системам электроснабжения», - говорит Маттео Бьянчотто, глава отдела политики IHA. «На протяжении десятилетий гидроэнергетика рассматривалась в первую очередь как источник возобновляемой генерации. Сегодня его все чаще признают за маневренность, услуги по хранению и обеспечению стабильности сети, которые он предоставляет».

«По мере того как в энергосистемах будет преобладать непостоянная возобновляемая энергия, вырабатываемая ветряными и солнечными электростанциями, способность накапливать электроэнергию на несколько часов, дней и недель станет критически важной. Гидроаккумулирующие электростанции обладают уникальными возможностями для реализации этой задачи в больших масштабах. Термин «водяная батарея» помогает политикам, инвесторам и общественности понять, что эти объекты выполняют ту же системную функцию, что и электрохимические батареи, но в течение гораздо более длительного времени, а срок их эксплуатации измеряется десятилетиями».

От возобновляемых источников энергии к энергетической безопасности

Этот сдвиг ускорили события последних пяти лет. Глобальный энергетический кризис выявил риски, связанные с зависимостью от импорта топлива, а геополитическая напряженность повысила политическую значимость внутренних энергетических ресурсов. В то же время меняется сама система электроснабжения. Растет использование ветряных и солнечных электростанций, электрифицируются транспорт и промышленность, а искусственный интеллект и центры обработки данных становятся новыми значимыми источниками спроса на электроэнергию.

«Глобальный энергетический кризис в сочетании с возросшим спросом на электроэнергию продемонстрировал важность надежной внутренней генерации, — объясняет Бьянчиотто. Быстрое внедрение ветряных и солнечных электростанций подчеркнуло растущую потребность в маневренности и накопителях большой емкости. В то же время электрификация транспорта, промышленности, а теперь и цифровой инфраструктуры на основе искусственного интеллекта увеличивает спрос на электроэнергию быстрее, чем ожидалось».

«Правительства все больше осознают, что одних ветряных и солнечных электростанций недостаточно. Для надежных энергосистем требуются технологии, способные балансировать спрос и предложение в различных временных масштабах. Гидроаккумулирующие электростанции уже обеспечивают подавляющую часть мирового объема долговременного хранения электроэнергии, что делает их незаменимыми для обеспечения энергетической безопасности».

Именно в этом контексте IHA называет 2026 год годом «водяной батареи». Фраза намеренно простая, но проблема, которую она описывает, становится все более сложной. Литий-ионные аккумуляторы стали важным компонентом современных электроэнергетических систем благодаря значительному снижению стоимости и сравнительно коротким срокам строительства. Тем не менее IHA утверждает, что дискуссию не следует вести в рамках противопоставления электрохимических аккумуляторов и гидроаккумулирующих электростанций.

«Стоимость литий-ионных аккумуляторов значительно снизилась, а сроки их производства относительно короткие, что делает их привлекательными для немедленного подключения к сети. Гидроаккумулирующие электростанции требуют больших первоначальных инвестиций, более сложных процессов планирования и более длительных сроков разработки, — говорит Бьянчиотто. — Однако эти технологии скорее дополняют друг друга, чем конкурируют. Электрохимические аккумуляторы очень эффективны для кратковременной балансировки в течение нескольких минут и часов. Гидроаккумулирующие электростанции обеспечивают хранение энергии в течение многих часов, дней, а в некоторых случаях и недель, а также обеспечивают маневренность, контроль частоты, поддержку напряжения и возможность восстановления энергосистемы после аварий. Все это — важнейшие услуги. По мере развития электроэнергетических систем правительства все больше осознают, что им нужны обе технологии, если они хотят создать надежные, доступные и безуглеродные энергосистемы».

Китай демонстрирует масштабы развития

Ни одна страна не демонстрирует потенциальные масштабы развития гидроэнергетики так наглядно, как Китай, на долю которого в 2025 году пришлось более 40% прироста мировых гидроэнергетических мощностей. В настоящее время в стране строится более 300 ГВт гидроэлектростанций, в том числе 218 ГВт гидроаккумулирующих электростанций. В 2025 году официально началось строительство гидроэлектростанции на реке Ярлунг Цангпо, которая, по прогнозам, станет крупнейшим в мире гидроэнергетическим объектом и сможет вырабатывать примерно в три раза больше электроэнергии, чем ГЭС «Три ущелья». Однако стратегическое направление энергетического перехода в Китае заключается не только в наращивании генерирующих мощностей. По мере того, как страна строит огромное количество ветряных и солнечных электростанций, гидроэнергетика и гидроаккумулирующие электростанции становятся ключевыми факторами маневренности энергосистемы и интеграции различных возобновляемых источников энергии.

«Программа Китая демонстрирует, чего можно достичь при наличии долгосрочной политической стабильности, комплексного системного планирования и признания водохранилищ стратегической национальной инфраструктурой, — говорит Бьянчиотто.— Для гидроэнергетики географическая концентрация не имеет большого значения — почти в каждой стране мира есть вода и возвышенности. Урок, который можно извлечь из опыта Китая, заключается в том, что крупномасштабное развертывание возможно. Проблема не в доступности ресурсов, а в создании нормативно-правовой базы, рыночных сигналов и процессов планирования, которые позволят реализовать проекты от идеи до строительства».

С этой проблемой все чаще сталкиваются и в других регионах. В Южной и Центральной Азии планируется строительство гидроэлектростанций общей мощностью более 300 ГВт. В частности, Индия становится крупным рынком гидроаккумулирующих электростанций, стремясь увеличить их мощность с нынешних 7 ГВт до 100 ГВт к 2035 году.

Рич считает, что Южная и Юго-Восточная Азия могут стать одними из регионов, за которыми стоит следить в ближайшее десятилетие. «Южная и Юго-Восточная Азия обладают особенно большим потенциалом, обусловленным быстро растущим спросом на электроэнергию и амбициозными целями в области возобновляемых источников энергии, — объясняет он. В то же время в Европе, вероятно, возобновится приток инвестиций, поскольку маневренность становится все более ценной на рынках электроэнергии, основанных на возобновляемых источниках».

«Некоторые регионы Африки и Латинской Америки также обладают исключительными неиспользованными традиционными гидроресурсами. Недавно я был в Бразилии, где власти намерены развивать гидроаккумулирующие электростанции, чтобы сократить ограничения, связанные с быстрым ростом ветровой и солнечной энергетики».

Предупреждение для Европы

Европа может стать одним из самых наглядных примеров того, почему маневренность энергосистемы становится такой ценной. В 2025 году в таких странах, как Нидерланды, Германия, Испания, Бельгия, Швеция и Франция, было зафиксировано более 500 часов отрицательного ценового регулирования на электроэнергию. В то же время все большую озабоченность вызывает сокращение выработки электроэнергии из возобновляемых источников. По мнению Рича, это признаки того, что возобновляемые источники энергии расширяются быстрее, чем инфраструктура и рыночные механизмы, необходимые для управления ими.

«Отрицательные цены и сокращение выработки возобновляемой энергии указывают на то, что генерирующие мощности растут быстрее, чем маневренность системы. Это не аргумент против ветряной или солнечной энергетики, а свидетельство того, что системы хранения, передачи и рыночные реформы должны идти в ногу со временем. Энергетический переход зависит не только от производства чистой электроэнергии, но и от возможности использовать ее, когда это необходимо».

«Страны, добившиеся наибольшего прогресса, как правило, сочетают комплексное энергетическое планирование с долгосрочными гарантиями инвестиций и упрощенным получением разрешений, — говорит Бьянчиотто.— Масштабная программа Китая демонстрирует, чего можно достичь с помощью скоординированного планирования. Другие страны, например Великобритания, все чаще внедряют долгосрочные механизмы гарантирования доходов, которые обеспечивают большую стабильность, тем самым снижая риски проектов и повышая их привлекательность для банков. Как ни парадоксально, проблема часто заключается не в экономической составляющей проекта, а в сложности финансирования актива со сроком службы более 100 лет».

Несоответствие между очень длительным сроком службы активов и краткосрочными сигналами на рынке электроэнергии остается одной из главных проблем, с которыми сталкиваются разработчики гидроаккумулирующих электростанций. Несмотря на то, что эта технология может служить десятилетиями, проекты часто вынуждены принимать инвестиционные решения на рынках, которые не в полной мере компенсируют маневренность, возможность хранения энергии и устойчивость.

На вопрос о том, какой барьер — финансовый, разрешительный, инфраструктурный или нормативный — наносит наибольший ущерб, Рич указывает на рыночные механизмы, лежащие в основе всех этих барьеров. «Они взаимосвязаны, но в основе лежит регулирование, — говорит он.— Если рынки не придают должного значения долгосрочному хранению энергии, инвесторам сложно обеспечить предсказуемый доход. Это усложняет финансирование, приводит к задержкам в реализации проектов и в конечном итоге замедляет внедрение. Корректировка структуры рынка одновременно устраняет многие другие препятствия.»

По мнению Бьянчотто, самым важным изменением в политике должно стать «придание должного значения системным услугам, связанным с долгосрочным хранением энергии». Сегодня многие рынки в первую очередь поощряют производство энергии, при этом недостаточно компенсируя услуги, обеспечивающие надежность электроэнергетических систем. Если бы рынки в полной мере ценили хранение энергии, маневренность и устойчивость, инвестиции в гидроаккумулирующие электростанции значительно ускорились бы».

От 200 ГВт к новым рубежам

Важная веха уже пройдена: в мире установлено 201 ГВт гидроаккумулирующих электростанций. Но масштаб проекта поднимает гораздо более серьезный вопрос: сколько реально можно построить?

Очевидно, что не все проекты в рамках глобального портфеля проектов мощностью 1127 ГВт будут реализованы. Проекты сталкиваются с различными экологическими, нормативными и финансовыми проблемами, а сроки их реализации могут растянуться на многие годы.

«Однако даже ввод в эксплуатацию значительной части из планируемых объемов стал бы одним из крупнейших проектов по расширению инфраструктуры возобновляемых источников энергии, — говорит Бьянчиотто.— Портфель проектов показывает, что основным сдерживающим фактором является не доступность ресурсов, а реализация политики».

По мнению Рича, портфель проектов для гидроаккумулирующих электростанций мощностью 621 ГВт — один из самых примечательных выводов доклада IHA. «Один из самых поразительных выводов — это масштабы глобального развития: более 1100 ГВт гидроэнергетических проектов, в том числе более 621 ГВт гидроаккумулирующих электростанций, — отмечает он. — Это показывает, что технические возможности уже существуют. Факты говорят о том, что потенциал есть и проекты готовы к реализации». Нам просто нужно, чтобы правительства и рынки создали условия для их реализации и обеспечили безопасность нашего энергетического будущего».

По прогнозам IHA, в течение следующих 15 лет объем гидроаккумулирующих электростанций в мире удвоится. Согласно более амбициозному сценарию, этот показатель будет значительно выше «Прогноз на этот год говорит сам за себя. В ближайшие 10 лет объем гидроаккумулирующих электростанций в мире удвоится. Но мы можем и должны пойти дальше. Если будут приняты правильные политические решения, этот показатель должен вырасти в три раза, а если правительства будут относиться к гидроаккумулирующим станциям и электрохимическим накопителям одинаково, то к 2040 году отрасль увеличит свою мощность в четыре раза», — говорит Рич.

«Это отражает более масштабный переход от ориентации в основном на возобновляемые источники энергии к созданию полноценных систем возобновляемой энергетики, — отмечает Бьянчиотто.— По мере увеличения доли возобновляемых источников энергии все более востребованными становятся накопители. Преодоление отметки в 200 ГВт показывает, что страны начинают инвестировать не только в экологически чистую генерацию электроэнергии, но и в инфраструктуру, необходимую для работы надежных сетей с высоким уровнем использования возобновляемых источников энергии».

Для технологии, которую иногда называют «дедушкой» возобновляемых источников энергии, это заметное изменение в восприятии. По мнению Международной гидроэнергетической ассоциации, возраст гидроэнергетики не следует путать с ее устареванием. «Пожалуй, самое распространенное заблуждение заключается в том, что гидроэнергетика — это какая-то «устаревшая» технология или «дедушка» возобновляемых источников энергии, — говорит Бьянчиотто. — На самом деле долговечность гидроэнергетики — одно из ее главных преимуществ». Многие проекты надежно функционируют на протяжении десятилетий, демонстрируя надежность и долгосрочную ценность гидроэнергетики как возобновляемой инфраструктуры. Это не признак того, что отрасль стоит на месте, а свидетельство того, что технология постоянно развивается, чтобы соответствовать меняющимся потребностям в энергии.

По прогнозам организации, к 2040 году эволюция приведет к тому, что гидроэнергетика еще больше приблизится к центру систем возобновляемой энергетики. «К 2040 году гидроэнергетика будет все больше выступать в качестве основы систем возобновляемой энергетики», — утверждает Бьянчиотто. «Большая часть энергии будет вырабатываться за счет ветра и солнца, но гидроэнергетика и гидроаккумулирующие электростанции будут обеспечивать многие функции, которые делают эти системы надежными. Будущая электроэнергетическая система потребует совместной работы генерации, хранения и обеспечения мобильности». При этом необходимо обеспечить наличие внутренних и надежных источников электроэнергии».

Таким образом, «водяная батарея» — это не просто ребрендинг. В условиях растущего спроса на электроэнергию, большей нестабильности возобновляемых источников, геополитической неопределенности от гидроаккумулирующих электростанций ждут решения одной из самых сложных проблем энергетического перехода: не просто выработки чистой электроэнергии, а создания работающей системы чистой электроэнергии. Учитывая, что мировые мощности уже превышают 200 ГВт, а еще сотни гигаватт находятся в стадии разработки, 2026 год действительно может стать годом, когда технология «водяных батарей» переместится из периферии энергетических дискуссий в их центр.

Источник информации: https://www.waterpowermagazine.com/analysis/pumped-storage-powering-the-age-of-flexibility/?cf-view

Фото: 2026 Word Hydropower Outlook, International Hydropower Association